Герои Страны
Герои Страны
Герои Страны
Быстрый поиск по Фамилии
Поиск с Google

Не допускать повышения пенсионного возраста


Выборнов Александр Иванович

 
Выборнов Александр Иванович
17.09.1921 - 31.10.2015
Герой Советского Союза


    Даты указов
1. 27.06.1945 Медаль № 6572
Орден Ленина № 39982

    Памятники
  Аллея Героев в Чугуеве


Выборнов Александр Иванович – командир авиаэскадрильи 728-го истребительного авиационного полка (256-я истребительная авиационная дивизия, 5-й истребительный авиационный корпус, 2-я воздушная армия, 1-й Украинский фронт), старший лейтенант.

Родился 17 сентября 1921 года в городе Кашира Каширского уезда Тульской губернии (ныне райцентр Московской области). Русский. В 1938 году окончил 10 классов школы в Кашире, в 1937-1938 годах обучался теории полёта в Ступинском аэроклубе. В 1938-1939 годах учился в Смоленском техникуме физической культуры. В 1939 году окончил Смоленский аэроклуб.

В армии с декабря 1939 года. В декабре 1940 года окончил Чугуевское военное авиационное училище, был оставлен в нём лётчиком-инструктором. В марте 1941 – августе 1942 – лётчик-инструктор Чугуевской военной авиационной школы лётчиков, которая с октября 1941 года находилась в эвакуации в городе Чимкент (ныне город Шымкент, Казахстан).

Участник Великой Отечественной войны: в октябре 1942 – декабре 1943 – лётчик, старший лётчик и командир звена 728-го истребительного авиационного полка. Воевал на Калининском (октябрь 1942 – март 1943), Воронежском (июль-октябрь 1943) и 1-м Украинском (октябрь-декабрь 1943) фронтах. Участвовал в Великолукской операции, Курской битве, Белгородско-Харьковской и Сумско-Прилукской операциях, битве за Днепр, Киевских наступательной и оборонительной операциях.

12 сентября 1943 года приземлился на территории, занятой противником, и вывез на своём истребителе Як-7Б сбитого лётчика лейтенанта А.М.Тверякова. В апреле 1944 года окончил Липецкие авиационные курсы усовершенствования командного состава ВВС.

В апреле 1944 – мае 1945 – помощник командира полка по воздушно-стрелковой службе и командир авиаэскадрильи 728-го истребительного авиационного полка (1-й Украинский фронт). Участвовал в Львовско-Сандомирской, Сандомирско-Силезской, Нижнесилезской, Верхнесилезской, Берлинской и Пражской операциях.

Всего за время войны совершил 236 боевых вылетов на истребителях И-16, Як-7Б и Як-9Д, в 57 воздушных боях лично сбил 21 самолёт противника.

За мужество и героизм, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 июня 1945 года капитану Выборнову Александру Ивановичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда»*.

После войны до октября 1949 года продолжал службу в ВВС командиром авиаэскадрильи истребительного авиаполка (в Центральной группе войск, Австрия; с декабря 1945 года – в Таврическом военном округе, Крым).

В 1954 году окончил Военно-воздушную академию (Монино). С 1954 – заместитель командира по лётной подготовке, а в 1955-1958 – командир 330-го отдельного разведывательного авиационного полка (в Северной группе войск; город Хойна, Польша).

В январе-мае 1958 – заместитель командира по лётной подготовке, в мае-сентябре 1958 – 1-й заместитель командира, а в сентябре 1958 – июне 1962 – командир 26-й истребительной авиационной дивизии (в Северном военном округе; город Петрозаводск, Карелия). В июне 1962 – ноябре 1965 – командир 5-й дивизии ПВО (город Петрозаводск).

В ноябре 1965 – ноябре 1970 – начальник боевой подготовки Авиации ПВО. В октябре-декабре 1967 года находился в загранкомандировке в Египте в качестве советника по авиации ПВО.

В 1970-1980 – генерал-инспектор фронтовой истребительной авиации Инспекции ВВС Главной инспекции Министерства обороны СССР. С февраля 1980 года генерал-лейтенант авиации А.И.Выборнов – в запасе.

В 1980-1983 – проректор Московского физико-технического института по общим вопросам. С 1983 года работал начальником отдела кадров и помощником ректора Московского химико-технологического института (с 1992 года – Российского химико-технологического университета), в 2006-2012 годах – помощником президента Российского химико-технологического университета.

Жил в Москве. Умер 31 октября 2015 года. Похоронен в городе Кашира Московской области.

Заслуженный военный лётчик СССР (16.08.1966), генерал-лейтенант авиации (1975). Награждён орденом Ленина (27.06.1945), 4 орденами Красного Знамени (22.10.1943; 22.10.1944; 29.04.1957; 22.02.1968), орденом Александра Невского (18.05.1945), 3 орденами Отечественной войны 1-й степени (14.10.1943; 8.03.1945; 11.03.1985), 2 орденами Красной Звезды (26.10.1955; 14.05.1956), орденом «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» 3-й степени (30.04.1975), 2 медалями «За боевые заслуги» (9.02.1943; 15.11.1950), другими медалями, иностранными наградами – золотым «Крестом Заслуги» (Польша, 6.10.1973), орденом Богдана Хмельницкого 2-й степени (Украина), медалями.

Почётный гражданин города Кашира (1973).

Примечание: Награждён за выполнение 190 боевых вылетов и участие в 42 воздушных боях, в которых лично сбил 20 самолётов противника (на апрель 1945 года).

Сочинения:
Лётчик всегда в боевой готовности. М., 1998;
Воспоминания о пройденном пути. М., 2001;
Всегда в боевой готовности. М., 2005.

Воинские звания:
Сержант (12.1940)
Старший сержант
Младший лейтенант (5.05.1943)
Лейтенант (10.10.1943)
Старший лейтенант (21.07.1944)
Капитан (4.04.1945)
Старший лейтенант (31.05.1947; понижен в звании)
Капитан (8.01.1949)
Майор (30.04.1951)
Подполковник (10.05.1954)
Полковник (18.04.1957)
Генерал-майор авиации (22.02.1963)
Генерал-лейтенант авиации (25.04.1975)

Из воспоминаний А.И.Выборнова:

Вечером 13 июля 1943 года нашему полку была поставлена боевая задача: с рассвета прикрыть советские войска на белгородском направлении. Командир полка принял решение выполнять задачу поэскадрильно, в боевых порядках иметь только подготовленных лётчиков, «стариков».

Первую группу, шедшую под руководством капитана А.В.Ворожейкина, усилили лётчиками других эскадрилий. Моё место определено чётко: ведомый у командира группы. Набрали высоту 2.000 метров и пошли в заданный район в боевых порядках – ударная группа из 6 Як-7Б и группа прикрытия из 4 Як-7Б. Патрулирование осуществляли в районе Богородицкое, Беленихино, Шахово. Первый заход прошёл в спокойной воздушной обстановке, а на втором заходе мы заметили приближение целой армады: 40-50 бомбардировщиков Ю-87 под прикрытием истребителей Me-109.

Ведущий нашей группы капитан А.В.Ворожейкин подал команду группе прикрытия капитану И.Козловскому: «Прикройте, иду в атаку». Заметив нас, стрелки «юнкерсов» открыли сильный огонь из турельных установок. Держаться около ведущего, который резко маневрировал, мне становилось трудно. Как ты за ним, таким шустрым, угонишься?.. Ворожейкин снизу на дистанции 20-30 метров даёт очередь и сразу же поджигает Ю-87, который после невольного разворота в шлейфе дыма падает вниз. Даю очередь по крайнему Ю-87, но безрезультатно. На второй атаке теряю ведущего, ибо всё смешалось в один клубок: «яки», «юнкерсы», «мессершмитты»... На выходе из пикирования вижу перед собой Ю-87, сближаюсь вплотную и даю продолжительную очередь. Клубы чёрного дыма – и объятый пламенем немецкий бомбёр пошёл к земле. Ещё несколько минут продолжается бой с «юнкерсами», а затем нас связывают истребители Me-109. Я нахожусь в их гуще. Одна из очередей «эрликонов» Ме-109 разбила мне консоль плоскости, чувствую: удар нанесён по хвостовой части.

Однако «як» устойчиво держится в воздухе и послушен рулям управления. Делаю глубокий вираж, выбирая на себя ручку управления, а сзади меня догоняют трассы огня от Ме-109. Убираю сектор газа двигателя, и мой «як» завис и как будто остановился. Атакующий истребитель проскочил вперёд и оказался в прицеле. Нажимаю гашетку, и сноп моего огня достигает цели – Me-109 сбит!

Воздушный бой закончился, горючее на исходе. Настроение плохое, хотя сбито два самолёта противника. Что с моим ведущим, как закончился бой? Куда лететь? Компас крутится от знаменитой Курской магнитной аномалии, да плюс закрутка от карусели в воздушном бою. Пока я торопливо анализировал в уме ситуацию, мимо проскочили несколько «яков» с белой полосой. Видимо, после боя в расстроенных боевых порядках тоже следуют домой. Значит, курс взят мною правильно, и через 12 минут я оказался в районе своего базирования.

После посадки уточнил итог боя. Фашисты потеряли 9 самолётов. Наши потери – один лётчик и подбитый капитан А.В.Ворожейкин, который вышел из боя и сел вне аэродрома на фюзеляж.

Я виноват перед ним, но вместо гневного разноса капитан молча, но строго посмотрел на меня, и я понял, что мой азарт мог обойтись ему дорого. А значит, и нам всем... И ещё раз осознал, какой железной самодисциплиной должен обладать хороший ведомый.

За войну мне приходилось много летать ведомым лётчиком, даже будучи уже командиром эскадрильи и ведущим больших групп. Надо сказать, что это – трудная роль. Всё вокруг ты должен видеть, «чувствовать» своего ведущего и предугадывать все его манёвры. Нужно для этого так выбрать себе место в боевом порядке, чтобы был надёжный визуальный контакт с ведущим и чтобы не быть стеснённым в обзоре воздушного пространства. В любой момент ведомый должен знать, где он находится, чтобы в случае необходимости перейти на автономный полет или встать на место командира. В случае атаки со стороны противника необходимо огнём и манёвром нарушить её или поразить противника. Ведомый лётчик – это труженик, это зеркало победы ведущего в бою. Но считаю, что в годы войны таких ведомых ценили недостаточно высоко.

Я вообще не люблю споров о том, какие лётчики самые смелые или самые нужные в бою. На войне нужны были самолёты всех видов. Но мне, истребителю, сейчас хочется сказать хотя бы несколько слов о штурмовиках. Штурмовики были грозой для фашистов. Неслучайно немцы их стали называть «Чёрная смерть». Наши лётчики-истребители гордились отвагой этих экипажей.

Помню, 9 сентября 1943 года командиром полка была поставлена нам боевая задача: прикрыть четырьмя Як-7Б девятку штурмовиков Ил-2 на маршруте в районе их действий. Цель штурмовиков – подавление скоплений техники и живой силы противника в районе Красная Знаменка.

В назначенное время по сигналу зелёной ракеты с КП полка взлетела первая пара старшего лейтенанта М.И.Сачкова и вторая пара, где ведущим был я, а ведомым – младший лейтенант П.Барзанов. В заданном районе встретили штурмовиков, заняли боевой порядок. Пара Сачкова впереди колонны Ил-2, а я – сзади. Безоблачное небо, ярко светит солнце. При подходе к цели сообщили по рации, что при наличии в воздухе истребителей противника мы делаем два захода на цель и уход «ножницами» на предельно малой высоте. Нельзя позволять противнику делать атаки по Ил-2 снизу, где он менее защищён.

Приближаемая к заданному объекту, цель хорошо просматривается с высоты. Противник замаскирован, но это его не спасает. «Илы» несколько растянули свой боевой порядок и с ходу бросают бомбы, а на последующих заходах обрабатывают противника пушечным огнём. Сделано уже четыре захода. Объект горит. Истребителям, а затем и штурмовикам передали по радио команду о прекращении атак и выходе в район сбора над лесным массивом.

При выходе на свою территорию по радио услышали голос станции наведения «Орёл»: «Маленькие! – так называли нас, истребителей. – Кто находится в воздухе, помогите. В квадрате 2632 (район города Гадяч) нас бомбят «юнкерсы»!»..

Что делать? Бросить штурмовиков? А если где-то над нашей территорией их ждут «мессеры»? С другой стороны, как не помочь своим войскам, если немцы безнаказанно их бомбят? Гибнут наши люди!.. Связываемся между собой, затем с ведущим «илов». Выводим их несколько в глубину своей территории, благодарим штурмовиков за их работу и с ведущим М.И.Сачковым следуем, набирая высоту, в указанный квадрат.

При подлёте замечаем «юнкерсов» в двух ярусах: одни бомбят наши войска, другие ждут своей очереди. Насчитали до 30 Ю-87, а выше роились прикрывающие их истребители – «мессеры». Мы решили атаковать. Удар наносить только снизу, не дав им опомниться и разобраться в нашей численности. Если мы их ошеломим дерзкой, результативной атакой, победа будет за нами. Для этого нужны выдержка и сближение до минимума (15-30 метров).

Снижаемся на фоне леса до бреющего полёта. Первым идёт старший лейтенант Михаил Сачков, вторым – я. Бьём их с близких дистанций на выходе из пикирования. Мы понимаем друг друга в полёте без слов. Михаил пошёл в атаку, стрелок Ю-87 не видит его, и огонь «яка» поражает «юнкерса». В хвосте другого «юнкерса» моя пушка срабатывает точно по прицелу. «Юнкерс» горит и кувыркается с носа на крыло.

Бомбардировщики не могут разобраться, что происходит, но паника дошла и до верхних эшелонов. Они бросают бомбы кто куда, и поспешно, со снижением уходят на свою базу. На догоне совместно с Михаилом мы бьём «юнкерс», на борту которого красуется какой-то загадочный дракон. Как бы этот дракон не маневрировал, но нас против него двое. Наша взяла. Мы дождались, пока он после атаки, падая с чёрным дымом, зацепился за деревья, и от взрыва высоко взлетели в воздух щепки его самолёта.

Бой прекратили. Горючее на исходе, боеприпасов нет. На бреющем полете уходим на свой аэродром. Едва приземлились, как к нам подбежали товарищи и стали поздравлять с успешным боем и награждением орденами. Первыми орденами!..

11 сентября опять вылетаем группой из шести Як-7Б. Ведущий — старший лейтенант Н.В.Худяков, лётчики И.Хохлов, Н.Пахомов, А.Мелашенко. И замыкающая пара – М.И.Сачков и я (ведомый). Сопровождаем штурмовиков, 18 Ил-2, на подавление огневых точек в районе Прохоровка – Красная Знаменка.

Наша пара идёт выше всех и составляет группу сковывания. Задача: не допустить истребителей противника к нашим штурмовикам. При подходе к цели встретили сильный огонь зенитной артиллерии. Один наш Ил-2 подбит, но упорно, с отставанием идёт к цели, чтобы выполнить команду по сбросу бомб на фашистов, и уже тогда возвращаться домой.

Над целью во втором заходе на выводе из пикирования взорвался второй Ил-2. В эфире – тишина. Потеря товарища горька, но они ещё злее продолжали атаковать огневые точки и сеять смерть среди фашистов... Однако справа подходят истребители противника. Мы их уже видели... Это была четвёрка Me-109, которая «расчищала» воздух перед большой группой своих самолётов типа Ю-87 и ФВ-190.

Заняв выгодное расположение со стороны солнца, мы с Сачковым первыми нанесли атаки по приближающимся истребителям противника, которые со снижением ушли в сторону. В это время Худяков со своими товарищами после окончания работы Ил-2 выводил группу на свою территорию и одновременно вёл бой с истребителями противника.

Группа бомбардировщиков Ю-87 и ФВ-190 уверенно следует курсом на наши объекты. Медлить нельзя. Решение – атаковать их сзади. Слышу команду Сачкова: «Саня, прикрой, иду в атаку!» Вижу Сачкова позади «юнкерса», которого он поливает огнём из пушки.

Немец, объятый чёрным дымом, завертелся и пошёл к земле. У меня выгоднее положение для атаки по другому звену. Передал по радио Михаилу: «Прикрой, атакую». Поворачиваюсь и с близкой дистанции, сзади снизу, бью по Ю-87. Трасса огня накрыла кабину противника, и он, объятый пламенем, пошёл к земле. Отвернувшись от сбитого самолёта, пристраиваюсь к другому Ю-87. Инстинкт самозащиты заставляет его маневрировать, но это не спасает моего противника, он тоже горит.

Для бомбардировщиков это было так неожиданно, что они только после потери трёх Ю-87 разобрались в наших действиях. Их истребители прикрытия, бросив верхний эшелон, устремились вниз, но мы продолжаем атаковать Ю-87 сверху. Михаил Сачков удачно бьёт по Ю-87. Тот вздрогнул и взорвался в воздухе. Невольно я вышел в эфир и закричал: «Сила! Молодец, Миша!..» Атакуемые бомбардировщики сбросили бомбы и ушли кто куда, со снижением на свою территорию, с потерями.

Как-то раз вылетели звеном. В случае отрыва пары, наши действия определялись самостоятельно. Ведущим шёл я, вторую пару вёл лейтенант А.М.Тверяков, мой тёзка. Прошли один раз на высоте 300-400 метров под облаками, но противника не обнаружили. Связались с наземными пунктами управления. Передают: «Были и ушли».

Тогда мы решили сделать заход с территории, где находились немцы. Только углубились на 20-30 километров, как попали под сильный зенитный огонь. Увидели разрыв облачности и ушли в это окно растянутыми парами за облака. Облачность закончилась на высоте 1.500-1.700 метров, и вдруг мы обнаружили, что под прикрытием своих истребителей сверху спокойненько идут на высоте 2.500-3.000 метров три девятки Ю-88 и несколько выше – две девятки Хе-111. Итого – 45 бомбардировщиков! Курс держат на нашу территорию, видимо, на Курск или Белгород, где накануне они потерпели поражение.

По радио сообщаем воздушную обстановку. Земля запросила наши действия. Мы передали, что будем атаковать. Но что может сделать четвёрка против сорока пяти мощных бомбардировщиков и двух десятков истребителей?.. Одна атака с нашей стороны возможна, а что дальше? Однако надо действовать. Пробираемся снизу, сбоку, к первой девятке Ю-88. Сближение идёт медленно, хотя двигатели работают на полных оборотах. Наша группа растянута.

Вот расстояние уже 200 метров, 150 метров!.. Надо подходить ближе. Стрелки противника нас обнаружили, включили свои турельные установки и поливают свинцовым огнём. Моё оружие работает, у моих товарищей – тоже. Но для этих самолётов нужны близкие дистанции открытия огня, только тогда возможен результат... Заходим на вторую атаку, опять неудача. Противник идёт в плотных боевых порядках и дружно отсекает нас. Тверяков атакует Хе-111. Тот дымит, но остаётся в строю. Одновременно от огня немецких стрелков задымил «як» Тверякова, затем вспыхнул пожар. Самолёт Саши Тверякова скользит сначала в одну сторону, затем в другую. Передаю ему по радио: «Бросай самолёт!..»

Но он курсом на снижение идёт в ту сторону, где противник. Не видит он этого, что ли?! Почему не видит? Настойчиво командую: «Отверни на 180 градусов!» Саша Тверяков не реагирует.

Он приземляется в поле на фюзеляж. Самолёт дымит. Площадка как будто ровная и рядом просёлочная дорога. Вокруг – поляны, лес, и всё спокойно. «Чья же под нами территория? – мучает меня вопрос. – Наша или противника? Что делать?..»

В эфир посылаю лётчикам команду: «Прикройте, сажусь в поле...»

А Тверяков из самолёта не выходит. Видимо, тяжело ранен. Надо вывозить! Хоть сам пропаду, а выручу! Захожу на посадку и сажусь с громким «плюхом» на ограниченную площадку. На пробеге самолёт дважды зарывался носом, но я не обращал на это внимания. Подруливаю и, не выключая двигателя, выскакиваю из самолёта. Забрался в Сашин «як», увидел его в кабине окровавленного, с обожжённым лицом. Растормошил, чтобы восстановить дыхание. Но говорить он не мог. Губы Саши слиплись от огня и крови.

Общими усилиями, кое-как выбрались из кабины. А что делать дальше? В мою кабину посадить его невозможно: она – одноместная!

Временная растерянность сменяется решительностью. Сзади кабины лётчика имеется отсек для инструмента и чехла, затягиваю туда Сашу Тверякова. Быстро забираюсь в свою кабину, отруливаю к лесу, даю полный сектор газа, отпускаю тормоза – и пошёл на взлёт. Самолёт пробежал весь участок поля, остались десятки метров до лесного массива, а скорости для отрыва нет. Промелькнула мысль: «Ну, вот и конец». Со злостью и усилием, не обращая внимания на скорость, отрываю самолёт. Он приподнялся, закачался из стороны в сторону перед лесом и пошёл, пошёл по воле лётчика, хоть и с трудом, в набор высоты.

Между тем приближаются сумерки, видимость по горизонту плохая. Двигатель работает на полных оборотах, но скорости не хватает для полного набора высоты. Еле тянемся над лесом. Впереди и сбоку много пожаров. Мысли заняты прежде всего Сашей: как он чувствует себя? Скорей бы прилететь к своим и оказать ему помощь. А время так тянется, что кажется: прошла вечность!.. И как там дела у наших напарников? Где они сейчас?.. И правильно ли я взял курс, хватит ли горючего, сколько времени я в воздухе?

В полете задаёшь себе много вопросов, когда не ясна обстановка. И сам же на них отвечаешь. Стрелка показателя бензина тянется к нулю. Если через три-пять минут не попадётся какой-нибудь свой аэродром, надо выбрать площадку ближе к населённому пункту... Но вот в стороне замечаю зелёную ракету – одну, другую. Подворачиваюсь и вижу свои «илы», которые заходят на посадку. Жизнь наша спасена, лишь бы хватило горючего. Рассчитал!.. Сели на аэродром с запасом высоты, планирую на посадку с перелётом. Подъехала санитарная машина, которой я передал своего друга Сашу. Долго он лечился в госпиталях. А после излечения продолжал ещё летать, только в другой части.

В годы войны было много примеров, когда вывозились сбитые лётчики буквально из-под носа у врага. Это считалось у нас делом чести.

Биография предоставлена А.А.Симоновым

    Источники
 Бодрихин Н.Г. Советские асы. М., 1998
 Быков М.Ю. Все асы Сталина. Москва, 2014.
 Воробьёв В.П., Ефимов Н.В. Герои Советского Союза: справ. – С.-Петербург, 2010.
 Всем смертям назло. – Москва, 2000.
 Герои Советского Союза: крат. биогр. слов. Т.1. – Москва, 1987.
 Личное дело
 Люди героической профессии. - М.: ДОСААФ, 1977
 Свидетельство родных или самого Героя